Государственный фонд фондов
Институт развития Российской Федерации

Media Review

Российский венчурный рынок покажет меньше «выходов»?

24.06.2014
Источник: РБК Инновации

Российский венчурный рынок покажет меньше «выходов»?

От инновационных стартапов их создатели и инвесторы ранних стадий ждут тысячекратного роста капитализации. Однако на большое число экзитов в ближайшее время рассчитывать не стоит. Виной тому и стагнация в экономике, и санкции, вызвавшие отток инвесторов и снижение лимитов на Россию. Но главная причина — на нашем венчурном рынке сменился инвестиционный цикл.

Еще пару месяцев назад все выглядело оптимистично: в 2013 году, по оценке PricewaterhouseCoopers (PwC), совокупный объем сделок на российском венчурном рынке по сравнению с 2012 годом вырос почти в полтора раза, с $1,98 млрд до $2,89 млрд. При этом основным драйвером роста были именно экзиты основателей или инвесторов ранних стадий. К крупнейшим можно отнести покупку фондом UCP 48% акций «ВКонтакте» у сооснователей социальной сети Вячеслава Мирилашвили и Льва Левиева. Сумма сделки так и не была разглашена, но PwC в ежегодном отчете Money Tree оценивает ее в $700 млн. Другой крупный экзит — IPO «ТКС-банка» Олега Тинькова, которое позволило ему и другим акционерам заработать более $800 млн. Эксперты относят «ТКС-банк» к венчурному рынку, так как у банка нет отделений, а обслуживание клиентов осуществляется по интернету, телефону и электронной почте. Еще одна сделка в финансовом сегменте — IPO QIWI, принесшее акционерам $212 млн. Среди других крупных сделок — покупка Access Industries Леонарда Блаватника вместе с Summit Partners и Tengelmann Group доли в проекте Lаmoda за $130 млн и покупка «Яндексом» за $80 млн «Кинопоиска». Всего в 2013 году была заключена 21 сделка по выходу из капитала компаний, что почти вдвое больше, чем годом ранее. А общая сумма таких сделок выросла более чем в пять раз, с $372 млн до $2 млрд.

Казалось, что в 2014 году бурный рост продолжится, но уже первые месяцы преподнесли неприятные сюрпризы. По данным исследования Rye, Man and Gor Securities, объем российского венчурного рынка в I квартале 2014 г. сократился до минимальных значений за последние два года: за это время было заключено 79 сделок на общую сумму всего $109 млн. Как указывается в исследовании, спад мог быть еще больше, если бы не фонд ФРИИ, созданный в 2013 году по инициативе Владимира Путина и неожиданно заключивший в феврале 2014-го сразу 33 сделки, которые составили более 40% всех венчурных сделок в I квартале.

Причем на экзиты основателей и инвесторов в I квартале пришлись совсем смешные деньги — $49 млн. Они, вероятно, не учитывают продажу Павлом Дуровым остававшихся у него 12% акций «ВКонтакте». Но сумма сделки так и не была разглашена, а саму сделку сложно считать чисто рыночной.

На самом деле, коррекция на венчурном рынке началась еще в прошлом году. По данным PwC, в 2013 году было заключено 222 венчурные сделки против 188 сделок в 2012 году. Но вот сумма инвестиций упала на 28%, с $912 млн в 2012 году до $653 млн в 2013-м. Соответственно и снизился средний размер сделки — с $5,6 млн до $3,1 млн.

По итогам II квартала положение на рынке должно чуть выправиться: в середине июня «Яндекс» объявил о покупке портала Auto.ru за $175 млн. А инвестфонд AddVenture с партнерами продал онлайн-агрегатора по доставке еды и продуктов DeliveryClub компании FoodPanda. Сумму сделки не разгласили, но, по оценке «Ведомостей», она могла составить от $30 млн до $50 млн. На днях ожидается SPO QIWI. Но вряд ли эти сделки смогут переломить тенденцию: на миллиарды счет больше не идет.

Крымом по венчуру

В принципе, вариантов для экзита существует не так мало: если вы основатель проекта, то это может быть и продажа стратегическому инвестору, и проведение новых раундов с сокращением своей доли, и выход через сделку слияния и поглощения (M&A), и размещение на бирже. Если вы инвестор, то к этим способам добавляется обратный выкуп ваших акций командой. При этом разом удается продать только небольшие доли, из крупных пакетов акций выходят в несколько этапов. И многие инвесторы испытывают сложности именно с последним этапом выхода. «Если мы говорим про общий объем рынка, то больше будет выходов через продажи стратегическим инвесторам или инвесторам более поздних раундов финансирования. IPO тоже будут. Самые интересные бизнесы выходят через публичные рынки, идут к стратегам или на следующие раунды финансирования», — говорит партнер Ernst&Young Вадим Ильин.

«У нас экзиты происходят, в этом году их количество увеличится по сравнению с прошлым. Преимущественно это происходит в Фонде посевных инвестиций (ФПИ), — рассказывает директор департамента инвестиций РВК Руслан Ахметов. — У фондов, созданных с участием РВК, пятилетний инвестиционный период только закончился, в следующие 5 лет они направят свои усилия на «выходы». Тенденция есть, но не такая сильная, как хотелось бы». А как пояснил управляющий по инвестициям ФПИ Андрей Калинин, у фонда сейчас в портфеле 58 проектов, 6 из них проинвестированы по второму раунду, сделано 9 полных экзитов, и еще один частичный «выход». А на 2014 год запланировано еще два «выхода». При этом представитель ФПИ признает, что средняя норма доходности составляет всего 30-35%, что, конечно, мало по сравнению с ожиданиями, которые есть у инвесторов от вложений в венчурный рынок.

При этом понятно, что IPO для большинства является недоступной мечтой. Причем не только на посевной стадии проекта, но и для вполне зрелой компании. Для выхода на биржу компания должна перейти в публичный статус, раскрыть отчетность и бенефициаров, полностью перестроить свою работу и бизнес-процессы. И, главное, преодолеть инерцию команды. Среди российских венчурных компаний выход на IPO дается, в основном, только крупным. Таким, как «Яндекс» или Mail.Ru Group. Бывают, правда, и редкие исключения: например, в 2013 году на бирже разместился разработчик программного обеспечения Luxoft. Объем размещения составил $80 млн. Но сейчас с выходом на биржу, учитывая конъюнктуру на рынке, придется повременить. Впрочем, как сказал Борис Рябов из Bright Capital на партнерской конференции РВК, все эти правила в меньшей степени относятся к крупным компаниям, выход на IPO для которых — вопрос внутреннего созревания. «QIWI выходит тогда, когда у него получается. IPO крупных компаний происходят тогда, когда происходят», — говорит Рябов.

При этом в мире 90% экзитов из венчурных проектов, по оценке управляющего партнера Runa Capital Дмитрия Чихачева, приходится на стратегическое поглощение. «Сделки M&A позволяют покупателю приобрести технологии, которые будут комплементарны или синергитичны его основному бизнесу. При заключении таких сделок больше внимания обращают на технологию и команду, чем на текущую конъюнктуру рынка», — говорит Чихачев. К таким сделкам как раз можно отнести покупку «Яндексом» «Кинопоиска» и Auto.ru и покупку «Эльбрус капиталом» за $50 млн B2B Centre в конце 2013 года. По оценке экспертов, российский венчурный рынок в следующие 5 лет будет черпать новые силы для активности именно в сделках M&A.

Игроки отечественного венчурного рынка оказались во многом жертвами макроэкономических и политических обстоятельств. Во-первых, свою лепту в спад на рынке внесла стагнация, в которую скатилась российская экономика: почти нулевые темпы роста ВВП, которые к концу года грозят стать отрицательными, снижение доходности компаний, в целом низкий уровень инвестиций. Во-вторых, в начале года курс рубля к доллару резко упал, что инвесторы восприняли как явный признак нестабильности, особенно на фоне новостей о рецессии в промышленном производстве. В результате инвесторы стали уходить с российских площадок. В-третьих, по времени это совпало с глобальным процессом возвращения инвесторов с развивающихся на развитые рынки. А потом случился Крым, Украина, санкции. Инвесторы испугались еще сильнее, кредитные рейтинги России и российских компаний были понижены, фонды сократили лимиты инвестиций на Россию. В полной мере коснулось это и нашего венчурного рынка. А как рассказывает Вадим Ильин, даже уже заключенные сделки повисли в воздухе: «Мне известно о нескольких случаях, когда сделки были приостановлены, заморожены уже после того, как стороны обо всем договорились. До общей стабилизации покупатели заняли выжидательную позицию».

Цикличный венчур

Главная проблема сейчас с поиском стратегического инвестора. Об этом говорит и статистика, свидетельствующая о падении венчурных инвестиций, и разговоры участников и экспертов рынка. Хотя еще недавно шансы на приход «стратега», который постепенно выкупит компанию, да еще и оставит основателя управлять, казались реалистичными для множества стартаперов. Но инвестор на рынке за последний год сильно изменился.

«Происходят структурные изменения рынка: у большинства фондов первой волны закончился инвестиционный цикл», — говорит Антон Абашкин из PwC. Длился он последние 4-5 лет. «Большая часть фондов первой волны уже в 2013 году практически перестала инвестировать в новые проекты, сосредоточившись на подготовке и осуществлении «выходов" из наиболее успешных проектов и закрытии портфельных компаний, которые не выстрелили, — объясняет Абашкин. — Поскольку перед фондами первой волны стоит первостепенная задача показать свою результативность и способность приносить своим инвесторам доход, наличие экзитов для многих из них становится зачастую вопросом жизни и смерти. В итоге многие управляющие стремятся задействовать все доступные возможности для реализации доходности, включая такие инструменты, как обратный выкуп акций фаундерами, хотя доходность при этом может быть и ниже целевой».

При этом на рынке дефицит новых качественных продуктов для инвестиций. «Те объекты финансирования, которые были на поверхности, уже профинансированы. Это вопрос поиска новых идей», — констатирует Вадим Ильин. В результате старые инвесторы перестают инвестировать, а у новых не так много вариантов для инвестиций, чем во многом и объясняется спад объема венчурных инвестиций. Тем более что многие инвесторы, наученные горьким опытом, стали более жесткими в отборе проектов. «Если два-три года назад на раунде А считалось нормой, что у проекта только появились первые платящие клиенты, то теперь на раунде А от компаний нередко ожидается наличие значительной и быстрорастущей клиентской базы и годовой выручки, приближающейся к нескольким миллионам долларов, — рассказывает Абашкин. — Также повысилась планка требований на посевной стадии. Инвесторы все чаще хотят видеть у компании подтвержденную бизнес-модель, способную показать рентабельность хотя бы на небольших масштабах, но проекты на этой стадии редко способны окупать себя».

Можно констатировать, что российский венчурный рынок прошел свою первую стадию, стал более зрелым, четче структурирован. На рынке работает больше 150 фондов, из которых десяток-другой крупных. Меньше стало случайных факторов, и небольшим стартапам все труднее рассчитывать на взрывной рост капитализации. «Я бы не сказал, что на рынке стало меньше денег, но эти деньги стали «умнее», чем на ранних стадиях развития рынка», — говорит Ильин. А если посмотреть на экзиты последних лет, то можно отметить, что произошли они не из молодых компаний, недавно получивших финансирование, а из компаний, основанных еще в начале нулевых годов. Любой компании надо созреть. «Сделка — это продукт времени и инвестиционного цикла. Основной выбор — длина мышления. Сложно думать о выходе через два года, если ты не спекулянт, — говорит Борис Рябов. — Мы входим в бизнес на достаточно раннем цикле активности, а нормальный бизнес быстрее, чем за 10-15 лет, не поднимется. Компании, которые стоят сотни миллионов долларов, строились десятилетиями. Причем не только гранды, но и средние по размеру».

Инновации без спроса

Если от венчурных инвестиций в наш ИТ-сектор взрывного роста в данный момент ждать не стоит, то, по идее, рост должен перекинуться на другие сектора. Тот же промтех или биотех, дела с инвестициями в которые у нас пока обстоят неважно. Если на ИТ-сектор, по данным PwC, в 2013 году пришлось 193 сделки и 93,6% всех венчурных инвестиций ($611 млн), то в промтех-секторе было заключено всего 16 сделок на общую сумму в $29,1 млн. В биотехе и того меньше: 13 сделок на общую сумму $13 млн.

«Венчурные проекты — отражение состояния экономики страны. Количество желающих инвестировать в венчурные проекты растет, но их количество увеличивается не с той же скоростью, с которой приходят деньги. Найти качественные проекты сложно, ИТ и интернет не безграничны. Наша политика направлена на то, что мы, как институт развития, инвестируем в фонды, которые планируют работать в тех секторах и стадиях, куда не идут частные инвесторы, — подчеркивает инвестдиректор РВК Руслан Ахметов. — То есть для нас интерес представляют посевная стадия, а также наукоемкие и технологически сложные отрасли: космос, атом, робототехника. Там нужны фонды с большим опытом экспертизы, который есть у РВК».

В идеале, разработчики должны создавать продукт, «выходить» через продажу стратегу, который внедрит инновационные методы на производстве и увеличит прибыль. Но существенным ограничителем роста венчурных проектов в других секторах экономики является низкий уровень спроса на инновации. Собственнику зачастую дешевле и проще обходиться старыми способами производства.

«Мы в своем исследовании не давали прогноз на 2014 год, понимая, что год будет непростым и рост маловероятен, а результаты будут в лучшем случае на уровне 2013 года, если макроэкономическая ситуация не ухудшится. Хотя полных данных за первое полугодие у нас еще нет, судя по той динамике, которую мы наблюдаем, работая с венчурными фондами, которые инвестируют в России, я ожидаю, что общий уровень инвестиционной активности в этом году сократится по сравнению с прошлым годом», — говорит Антон Абашкин из PwC.

А Дмитрий Чихачев из Runa Capital, наоборот, считает, что самое время покупать. «Сейчас хорошее время для размещения на бирже или сделок M&A. У инвесторов есть разные классы активов: акции “голубых фишек”, гособлигации, корпоративные бонды. Все они подвержены рискам корпоративных или суверенных дефолтов, и инвесторы в нестабильной экономической конъюнктуре вынуждены постоянно пересматривать свои позиции. Риски вложений в технологические компании не возрастают даже при ухудшении экономической ситуации. У них свои, технологические риски». При этом Чихачев соглашается, что счет успешных выходов в ближайшее время будет идти скорее на единицы, чем на десятки.

Евгений Сигал, обозреватель ИД «Коммерсантъ», специально для РБК Инноваций


Место проведения: