Государственный фонд фондов
Институт развития Российской Федерации

Media Review

Георгий Гоголев: «Российским вузам необходим предпринимательский взгляд на научные проекты и взаимодействие с реальным бизнесом»

15.08.2014
Источник: Panoramaurfo.ru

Георгий Гоголев: «Российским вузам необходим предпринимательский взгляд на научные проекты и взаимодействие с реальным бизнесом»


Одна из главных проблем российских вузов – излишняя теоретизация процесса обучения. Выпускники-теоретики часто не представляют, как заработать на своих знаниях и умениях. Поэтому в ряде вузов страны, в том числе и в Уральском федеральном университете, начинает применяться новая инновационная экосистема, позволяющая максимально приблизить программы учебных заведений к задачам производства и бизнеса и создать площадки коммерциализации научных разработок. Воплощать проект в жизнь будут специалисты Государственного института развития РВК, фонда, стимулирующего в России развитие венчурного инвестирования. Подробно об этой программе, специфике ее реализации в УрФУ, а также о долгосрочном вложении частного капитала в уральские проекты рассказывает руководитель службы инновационных экосистем РВК Георгий Гоголев.


Вдохнуть «предпринимательский дух» в процессы обучения

– Георгий Александрович, расскажите о программе создания инновационной инфраструктуры в российских вузах. Что включает в себя это понятие?

– Корректнее говорить о развитии инновационной экосистемы, пронизанной духом предпринимательства. Создание различных сервисов поддержки стартапов, типа университетского бизнес-инкубатора или центра трансфера технологий, которые бы лицензировали создаваемые в университете разработки, недостаточно. Даже если к ним добавить центры по связям с корпорациями, которые бы получали заказы на корпоративные разработки, – это все равно только инфраструктура, а чтобы она заработала и начала приносить реальную пользу, необходимо формировать у студентов предпринимательский взгляд на образование и на возможности, которые оно дает.

Нужно, чтобы студенты уже с младших курсов понимали, почему им преподаются именно эти предметы, видели смысл в участии в конкурсах, реализации конкретных проектов. А профессура, руководство вуза, в свою очередь, должны быть на острие технологических инноваций, тесно взаимодействовать с реальным бизнесом.

За последние два года мы успешно разработали и реализовали образовательные программы для руководителей российских вузов в США, Великобритании, Сингапуре, Гонконге, Франции, Корее. В этом году добавится еще и Бразилия.

– Внедрение программы инновационной инфраструктуры за рубежом наверняка происходит с использованием успешного международного опыта. Практику каких стран можно перенять и применять в России?

– Некоторые структурные элементы можно заимствовать у Соединенных Штатов, поскольку у них существует давно сложившаяся традиция коммерциализации научных разработок. Но в нашей экосистеме не хватает той критической массы предпринимателей, которая есть в США. Нам ближе английская модель: в британских вузах есть хорошие научные традиции, но наблюдается дефицит капитала и нехватка предпринимателей. И тем не менее им удалось запустить систему коммерциализации инновационных разработок. Сначала была создана прозрачная модель интеллектуальной собственности, закрепив право на ее обладание за вузом. Следующий шаг – создание офисов коммерциализации. И, наконец, третий – создание прозрачной системы распределения прибыли.

– Но, судя по материалам сайта РВК, созданные за последнее десятилетие элементы инфраструктурной поддержки и инноваций в вузах России разнородны, не выполняют профильные задачи. Где гарантия, что и эта программа не станет очередным элементом разрозненной системы?

– РВК на венчурно-инвестиционном рынке меньше 10 лет, поэтому что-то создавалось до нас, и действительно, усилия по развитию именно вузовской инновационной инфраструктуры оказались достаточно разрознены. Сегодня мы создаем гибкую систему, стремимся очертить весь комплекс вопросов, который вуз может решать с учетом его приоритетов и интересов. Мы хотим описать эту систему в комплексе, создать в учебных заведениях сообщества, которые будут понимать механизм создания и работы инновационной инфраструктуры. Постепенно они уже сами внутри себя смогут вырабатывать наиболее оптимальные модели для конкретного учебного заведения или конкретного региона.

– Как в проекте будут задействованы студенты? Претерпят ли изменения образовательные программы в вузе?

– Да, для студентов разрабатываются новые учебные курсы и программы по предпринимательству. Одна из них разработана совместно с МИСиС. Там с введением этого проекта студентам младших курсов стали читать лекции по макроэкономике, в которых есть информация по базовым навыкам ведения бизнеса. Это полезно с нескольких точек зрения. Во-первых, студенты иначе начинают воспринимать преподаваемые дисциплины, так как видят в них практическую ценность. Во-вторых, полученные знания могут использовать на практике после окончания института.

УрФУ продвинут и открыт для инноваций

– Почему Уральский федеральный университет стал одним из первых вузов, где планируется внедрять эту систему?

– Мы только запускаем эту программу, поэтому базовые университеты, в которых она будет действовать, пока не выбраны. Но УрФУ для нас приоритетен прежде всего тем, что входит в программу Министерства образования «5 в 100», является участником других государственных программ. В университете уже существуют активные сообщества, занимающиеся инновационными разработками.

– Какой срок определен для внедрения инновационной инфраструктуры в Уральском федеральном?

– Вряд ли можно определить в этом процессе какие-то конкретные сроки, но тот проект, который мы запускаем, рассчитан на три года. На первом этапе планируется базово сформировать сообщество, подготовить методические материалы, определиться с пониманием дальнейшего движения. А на втором – более активно привлекать индивидуальных иностранных консультантов, с которыми у нас налажены рабочие связи. Они помогут отстроить международное взаимодействие по коммерциализации. В УрФУ уже есть инновационная инфраструктура, поэтому нельзя сказать, что мы будем создавать ее с нуля. С такими «продвинутыми» университетами, как УрФУ, мы будем более тесно сотрудничать, оказывать поддержку, может быть, на уровне правительства в продвижении определенных инициатив вуза.

– По каким критериям планируется оценить эффективность внедренного проекта?

– Первое – насколько успешным стало продвижение разработок вуза на российский и международный рынки, и второе – могут ли созданные подразделения зарабатывать деньги. Поэтому крайне важно акселерировать рост этих центров, чтобы они как минимум вышли на самоокупаемость.

Хотя справедливости ради нужно сказать, что английский и американский опыт свидетельствует: созданные центры трансфера технологий на окупаемость выходят лет через семь. И процентов 80 из них никогда не окупается.

Но смысл вузовской инновационной деятельности не в том, чтобы она окупались, а в том, чтобы дать возможность вузу привлекать к ней лучших студентов и профессоров. Ученым важно понимать, что есть определенная прикладная польза от исследований и как научные разработки влияют на окружающий мир.

Конечно, это помогает лидирующим исследователям зарабатывать деньги, что является не последним фактором в выборе места работы для ведущих профессоров в мире.

– Проект подразумевает развитие связей вуза с индустрией. Значит ли это, что он рассчитан только на студентов технических специальностей, на технические вузы?

– Думаю, говорить, что он рассчитан только на технические вузы, – не корректно. Но, конечно, у технических учебных заведений здесь явный приоритет, поскольку они могут генерировать больше коммерциализуемой интеллектуальной собственности. Но мы не исключаем из программы и нетехнические вузы, которые могут «генерить» достаточно интересные патенты.

Урал пока не интересен для венчурных инвесторов

– Урал сейчас занимает первое место в России по объему инвестиций в экономику. Но инвесторы чаще вкладываются в такие надежные с точки зрения окупаемости сферы, как строительство, торговля, промышленность, нежели в инновационные, наукоемкие проекты, связанные с большими рисками окупаемости. Что вы, как представитель компании, занимающейся венчурными инвестициями, можете сказать в пользу такого инвестирования? Почему уральскому бизнесу стоит двигаться в этом направлении?

– Куда вкладывать свои деньги – это исключительно выбор инвестора. Если у него есть ограниченное количество средств, нет опыта технологического инвестирования, то понятное дело, что ему сложно сразу создать венчурный фонд. Если он привык двадцать лет торговать недвижимостью, ему сложно перейти на новый уровень инвестиций. Поэтому обычно такие инвесторы начинают не как институциональные инвесторы венчурного фонда, а как венчурные ангелы.

На Урале есть ассоциация бизнес-ангелов – людей, которые, пытаясь понять, как устроен и работает этот бизнес, вкладывают небольшие суммы денег в различные стартапы на ранних стадиях. Естественно, получив успешный результат или неуспешный опыт, который тоже у многих случается, они начинают по-другому относиться к этой отрасли. Они глубже ее понимают, могут сделать выбор в пользу создания каких-то фондов, вложения более крупных средств в индустрию, потому что венчурной отрасли нет смысла вкладываться в один-два проекта. На таком рынке считается успехом, если один из десяти проинвестированных проектов принес прибыль.

– Объем инвестиций РВК на Урале, а именно в Челябинской и Свердловской областях, составляет около 2% от общего объема вложений. Почему компанию не привлекают инвестиционные площадки в УрФО?

– Подчеркну, что РВК не вкладывает деньги напрямую, мы являемся фондом фондов, поэтому финансируем совместно с частными инвесторами, которые управляют нашим капиталом. Мы не можем влиять на региональную специфику их работы. Возможно, компании с Урала переезжают в какие-то другие регионы на той стадии, когда они требуют уже более серьезных венчурных инвестиций, нежели ангельских. И это нормальная практика. На ранней стадии работы компания располагается в одном месте, на стадии разработки проекта переезжает в другое, когда надо развивать производство – в третье. Дальше уже понять, откуда компания, куда реально вкладывались инвесторы географически, достаточно сложно.

Второй вариант – частный инвестор не готов рисковать своими и нашими деньгами на Урале. Это, конечно, вопрос, который нужно изучить глубже, но, вероятно, инвесторы просто не находят интересных долгосрочных проектов, в которые хотелось бы вкладываться. И в этом плане Уралу еще есть куда расти.


Место проведения: