Государственный фонд фондов
Институт развития Российской Федерации

Media Review

Энерджинет как будущее российской экономики. Мнения экспертов

1500468999.jpg28 июля состоялся круглый стол «Умная инфраструктура «Энерджинет» как будущее российской экономики», организованный медиахолдингом «Эксперт». Приводим выдержки из наиболее интересных выступлений.

Национальная технологическая инициатива обозначена Президентом Российской Федерации В.В. Путиным 04.12.2014 в Послании к Федеральному собранию в качестве одного из основных приоритетов государственной политики на долгосрочную перспективу. План мероприятий («дорожная карта») «Энерджинет» Национальной технологической инициативы одобрена протоколом заседания президиума Совета при Президенте Российской Федерации по модернизации экономики и инновационному развитию России от 28.09.2016 4.

Зубарев Виктор Владиславович, депутат Государственной Думы

— Сформировались условия для создания полноценной отрасли энергосбережения в нашей стране. Основной продукт энергоэффективной экономики — не только сервис и экономия киловатт-часов, а новое решение, организация функционирования энергетических систем различного уровня, от малых предприятий — до госкорпораций, от домохозяйств — до регионов страны.

Сегодня в рамках «Энерджинет» выявлено три крупноблочных сегмента отрасли, в целом отражающие направление развития интеллектуальной энергетики: интеллектуальная распределенная энергетика, надежные гибкие распределительные сети, цифровые потребительские сервисы. На первом плане цифровая экономика, а значит энергетика.

Цифровые технологии открывают возможности для эффективной эксплуатации в рамках энергетической системы различных перспективных технологий преобразования, хранения и потребления энергии, интеллектуальных технологий и управления оборудованием.

Я принимал участие в работе стратегической сессии «Энерджинет», которая состоялась в мае текущего года в Севастополе. По итогам работы данной сессии в каждой из рабочих групп было сформулировано предложение по новым проектам, которые необходимы в области энергетики. Одним из важных аспектов функционирования энергетики участниками сессии рассматривались развитие интеллектуальных систем учета в рамках сегмента «Надежные гибкие сети», «Дорожные карты национальной технологической инициативы».

Дополнительно хочу отметить, что еще ранее, в марте текущего года, на стратегической сессии «Интеллектуальные системы учета» было определено, что одной из основных проблем внедрения данных систем является отсутствие актуализированной законодательной базы. Сегодня отсутствует единая государственная политика в области создания и развития интеллектуальной системы учета электрической энергии. По моему мнению, необходима разработка стратегического документа федерального уровня, такого, как например, «Концепция развития интеллектуального учета в Российской Федерации».

Таким образом, отсутствие необходимого законодательства в настоящее время является сдерживающим фактором развития «Энерджинет». И это можно сказать по каждому разделу дорожной карты Национально-технологической инициативы.

Конечно, законодательные проблемы не единственный сдерживающий фактор. Есть еще и технологические, и технические аспекты, но над законодательством необходимо работать уже сейчас всем экспертным сообществом.

В настоящее время проводится всесторонний анализ законодательной базы с точки зрения ее трансформации применительно к новым условиям и процессам. Анализ существующих федеральных законов и нормативных актов выявил ряд проблемных зон, препятствующих внедрению в развитие новых технологий в энергетике в Российской Федерации.

Сегодня, работая в Государственной Думе, занимаясь законодательным обеспечением деятельности энергетического комплекса, могу сказать: принято много важных законодательных инициатив для обеспечения текущей работы, например, электросетевого хозяйства, но нам необходим стратегический подход при разработке нормативно-правовых актов.

Необходимо:

Актуализировать перечень основных федеральных законов, определить назначение и основные функциональные требования к законодательным актам, выявить основные противоречия в законах и нормативных актах, а также факторы неопределенности, сформулировать предложения по корректировке существующих законов и разработке новых.

По-моему мнению, следующим шагом по разработке и корректировке существующего федерального законодательства должна стать дорожная карта, план согласованных действий с экспертным сообществом, с Министерством энергетики Российской Федерации, нашим сообществом в рамках реализации дорожной карты «Энерджинет».

Нам предстоит большая работа по формированию законодательных организационных основ функционирования отрасли энергосбережения. В Государственной Думе создана и действует секция по законодательному регулированию энергоэффективности и энергосбережения Экспертного совета Госдумы при Комитете по энергетике.

Хотел бы пригласить вас всех еще раз к совместному сотрудничеству.

2351_1_1500468999.jpg

Чалый Алексей Михайлович, генеральный директор компании «Разумные электрические сети», заместитель руководителя рабочей группы «Энердженет» по направлению «Гибкие надежные сети».

— НТИ, Национально-технологическая инициатива, частью которой является «Энерджинет», это инициатива про создание национальных чемпионов на горизонте 2035-го года. В новых отраслях, зарождающихся отраслях экономики. Соответственно, «Энердженет» — это то же самое применительно к «Умной интеллектуальной энергетике».

Наши коллеги из АСИ оценивают рынок, на который мы можем претендовать до 2035-го года, в 40 млрд долл.

После двух лет работы данная деятельность распалась на три взаимосвязанных направления. Это «Надежные гибкие сети», «Распределенная энергетика» и «Потребительский сервис». Я представляю первое направление. И, в общем-то, доклад про него, про состояние дел и перспективы развития.

Электроэнергия, как любой товар, ценность которого определяется балансом потребительских свойств и цены, себестоимости в данном случае. Если говорить про потребительские свойства электроэнергии, как товара, то, прежде всего, будем говорить про надежность, качество и доступность.

Если говорить про основные составляющие себестоимости, то здесь будет амортизация, а сети стоят очень дорого, наш сетевой комплекс стоит порядка 10 трлн рублей. Соответственно, для нормального воспроизведения нужно тратить порядка 300 млрд рублей в год. Это эксплуатационные затраты и потери электроэнергии.

На слайде (скачать всю презентацию можно по ссылке — прим.ред.) краткий анализ, сравнительный, стран БРИКС по данным показателям с Соединенными Штатами Америки. Страны БРИКС выбраны потому, что это наш основной целевой рынок. Соединенные Штаты — потому, что страна с наиболее близкой по структуре энергетики странам БРИКС, т.е. большая территориально и по населению, считающаяся прогрессивной.

Вывод из представленных материалов для стран БРИКС не очень приятен. Состоит в том, что по основным потребительским свойствам Соединенные Штаты опережают наш целевой рынок, а по себестоимости не сильно отстает. Исходя из этого и понимания тех технологий, которые есть в наших руках, мы поставили формальную задачу для направления «Гибкие надежные сети», которая звучит вот таким образом «Масштабируемая бизнес-модель сетевой компании, обеспечивающая показатели надежности, качества, доступности и потерь ЭЭ на уровне США при себестоимости на уровне ~75% от текущего уровня МРСК».

Во-первых, эта задача целиком ориентирована на потребителя. Здесь в самой постановке нет ни слова про технологии. И мне это кажется правильно, потому что сейчас появилась такая манера заменять постановку задач, собственно, написанием технологии. Мне это кажется неправильно. Технология — это лишь средство достижения цели. Цель сформулирована в потребительских параметрах, это говорит о том, что мы хотим обеспечить такое качество, такие потребительские свойства электроэнергии, как Соединенные Штаты, которые являются, как нам кажется, достаточными для развития экономики, но при существенном снижении себестоимости.

Задача в этом смысле достаточно амбициозная. Эффект для Российской Федерации по совокупности, если данная задача будет в такой постановке решена, оценивать можно в сотни миллиардов рублей в год, не говоря про экспортный потенциал. Решение этой задачи может решить проблему старения сетевого комплкса. И каким-то образом эту тенденцию желательно реверсировать, не поднимая тарифы, что имеет уже серьезные социальные последствия.

Возможно ли решение этой задачи? Да, возможно, с нашей точки зрения. Есть для этого заделы и возможности. Но решение задачи не случайно представлено в комплексном виде. Вы видели масштабированную бизнес-модель, что предполагает изменение трех видов, технологические, организационные и нормативные.

Никакой серьезный прорыв с таким результатом, который был описан, невозможен только на одном из этих поприщ. Невозможно создать новые замечательные технические решения, оставшись в рамках существующей организации и существующей нормативной базы. Все остальное тоже справедливо. Задача должна решаться комплексно.

Небольшой проект, который был выполнен совместно с Россетями в Калининградской области. На сегодня завершен один этап. Это система распределенной автоматизации распределительных сетей. В этом году планируется завершение второго этапа: система энергомониторинга. И, наконец, в следующем году — система поддержки принятия решений. После чего уже должны наступить этапы для тиражирования результатов этого проекта.

По Севастополю мы делаем параллельно проект, который включает еще более продвинутые технологии — распределенная система автоматизации безуставочно. Впервые создается такая система, в которой аппараты, обеспечивающие автоматическое выделение поврежденного участка, не требуют индивидуальных настроек. Рассчитывая в этом преуспеть, мы расширяем область применения такой сети на сеть кабельную, городскую, чего не было сделано в калининградском проекте, а также отрабатываем технологию интеллектуальных облегченных подстанций, которые должны по себестоимости быть примерно вдвое меньше, чем сегодняшние технические решения. Ну, и далее планируем применить это для всей компании «Севастопольэнерго».

В заключение хотел бы сказать, что, конечно, до заявленной цели еще достаточно далеко. Тем не менее, нам представляется, что цель выбрана правильно, движемся мы по правильному направлению. И первые, достаточно убедительные шаги в этом направлении мы уже сделали.

Петухов Константин Юрьевич, заместитель Генерального директора ПАО «Россети»

— Глобальная задача успешного развития не только нашей, но любой экономики, это, естественно, обеспечение потребителя максимально доступной инфраструктурой и максимально надежной инфраструктурой. Что, собственно говоря, и стоит задачей стратегии «Российских сетей». Теперь для чего это надо «Российским сетям"?

1. Сегодня у нас меняется парадигма нашего электросетевого комплекса, меняется парадигма нашей отрасли и меняется, самое главное, субъект нашей отрасли, это наш потребитель. Объясню почему. Раньше потребитель был более индустриальный, это были металлургические заводы, машиностроительные гиганты. Им нужна была электрическая энергия просто как факт. И все чаще, и все больше. И все наше внимание было приковано именно к ним с точки зрения надежности, качества. Раньше, в 80-е годы, соотношение крупных потребителей и населения социальной сферы составляло: 75%, это более крупные потребители, и 25% — это были все остальные. Сейчас у нас потребитель становится другим. И это мы видим на изменившейся очень серьезно структуре потребления. Объем потребления населения за последние пять лет вырос на 16%, а при этом с 2010 года промышленные потребители снизились на 4%. Но если возвращаться к 1980 году, если сравнивать, то сейчас у нас это соотношение 50 на 50. То есть, это очень серьезное изменение. Растет и социальная сфера, сфера услуг. Это предприятия, в первую очередь, малого и среднего бизнеса.

2. Значительно изменилось требование к качеству. В первую очередь, из-за того, что у нас стали другого качества электроприемники. Вместо элементарных нагревателей и лампочек накаливания, сейчас у нас другие электроприемники — компьютеры, телевизоры и т.д., что уже формирует новые требования к надежности и качеству электрических сетей. У нас потребитель — не просто хочет опять же потреблять электрическую энергию, он уже ищет разумный подход в энергопотреблении, минимизирует свои издержки, хочет управлять процессом своего потребления. Если у него есть маленький генератор, он уже хочет немножко и продавать, когда ему эта электроэнергия не нужна.

В мире растет и в России тоже будет расти доля электротранспорта, поэтому и мы должны меняться в сторону вот этих новых запросов потребителей, чтобы их максимально удовлетворить.

3. С 2013 года по 2015 мы жили в условиях нулевого роста тарифов, а с 2015 по текущее время — рост тарифов был не более 3%. Естественно в условиях ограничения мы вынуждены искать новые механизмы по снижению своих издержек. Необходимо, как мы считаем, изменить уклад электросетевой отрасли и подход с технической точки зрения. Просто оптимизировать, мы уже исчерпали все свои возможности. Здесь необходимы IT-технологии. И в этом мы, естественно, видим, в первую очередь, нам поможет такая технологическая инициатива. Мы в ней максимально участвуем с точки зрения предоставления пилотных площадок. И если это заработает, а мы считаем это точно заработает, уже видим эффекты в Калининграде, естественно, будем тиражировать и максимально удовлетворять нашего клиента.

Софьин Владимир Владимирович, Директор Департамента технологического развития и инноваций ПАО «Россети».

— Мы с 2013 года живем в жестком режиме выполнения государственной задачи по сохранению роста тарифов, по тому, чтобы тарифы не росли скачкообразно, поэтому считаем, что национально-технологическая инициатива позволяет нам измениться и организационно, и кадрово, и технологически, и при этом не произойдет роста тарифа для конечного потребителя. По этим технологиям и по организационным изменениям в нашей компании мы можем предоставлять новые потребительские сервисы и услуги нашим конечным потребителям.

Появятся новые рынки: системных услуг, сетевых услуг по качеству электроэнергии и возможность получения дополнительных доходов и заработков, если потребитель имеет какие-то энергогенерирующие устройства или накопители в своих энергопринимающих установках.

Чтобы это реализовать, тарифы должны быть долгосрочные, по крайней мере, на момент перехода на новую топологию и новые отношения, для того чтобы разницу между эффектами, которые получит сетевая компания, можно было оставлять, в кавычках, себе на дальнейшую реализацию и масштабирование данных проектов. Тем самым мы снизим нагрузку на тех поставщиков электротехнической продукции и оборудования, которое есть, потому что можно уходить в энергосервисные контракты, в конфессионные соглашения, в другие государственно-частные партнерства, отношения и так далее.

Холкин Дмитрий Владимирович, руководитель архитектурного и программного комитетов рабочей группы ДК НТИ «Энерджинет», руководитель Проектного центра развития инноваций фонда «Центр стратегических разработок»

— Мы вместе с коллегами из «Энерджинет» и с коллегами из ЦСР сейчас подготовили экспертный аналитический доклад по развитию электроэнергетики и попытались проанализировать энергетику с позиции точек экономического роста. Создает ли она «драйвер» экономического развития. Определили два очага развития.

  1. Во многом цена на электрическую энергию в перспективе 2035 года будет определяться тем, как мы пройдем новый инвестиционный цикл. И вот здесь существует определенное окно возможности для «Энерджинет» создать новую технологическую базу, которая позволит пройти этот инвестиционный цикл с меньшими инвестиционными затратами в инфраструктуру, которая во многом уже достигла предела своей эффективности.

  2. Экономический рост определяется тем, что на глобальном рынке появляется огромный плацдарм новой энергетики. По нашей оценке, примерно 700 млрд долларов до 2035 года — это будет прирост этого рынка. То есть, ежегодно 700 млрд долларов новых денег будет тратиться на новую энергетику. И это тоже окно возможностей для Российской Федерации, потому что те технологии, которые могут появляться в НТИ, они во многом могут быть использованы в странах БРИКС, на которые мы сориентированы и в других развивающихся странах. Это очень важная ставка, которая позволит в большей степени получить эффект от НТИ за счет экспорта новых технологий и новых продуктов.

Потребители становятся недовольными качеством электрической энергии, надежностью энергоснабжения, стоимостью электрической энергии. И вот эти сердитые потребители должны стать активными потребителями. Недовольство должно перерасти в технологический переход на стороне потребителей. Как только возникает этот перерост негатива в позитив, у нас возникает очень мощный приток инвестиций в отрасль, спрос на новые технологии. И это основная ставка внутренней политики «Энердженета».

В настоящее время активный потребитель — это не очень желанный гость в энергетической системе. Есть большое количество норм регулирования, которые не позволяют активному потребителю комфортно включиться в энергетическую систему, извлекать экономический эффект от взаимодействия. Даже хуже можно сказать, что потребитель с собственными источниками энергии, зачастую более для них эффективно оставаться в автономном режиме энергосбережения. А для получения системного эффекта, конечно, надо, чтобы они оставались в системе. Поэтому здесь стоит очень важная регуляторная задача: сделать так, чтобы бизнес, инвесторы, которые работают с энергетиками на стороне потребителей, распредсети, распределенные энергетики имели возможность максимально комфортно интегрироваться в энергетическую семью. И чтобы это не привело к развалу энергетической системы.

И здесь существуют, уже если говорить со стороны «Энерджинета», некоторые сложности. Так получается, что если не решить регуляторные вопросы, то мы не можем выйти на инвестиционно привлекательные проекты. И инвесторы туда не идут. Вот, допустим, проекты, связанные с микроэнергосистемами, микрогридами, активными потребителями, которые хотят обмениваться энергией в две стороны, они в настоящее время не могут реализовать эти проекты. И тут получается замкнутый круг. Мы, не поменяв регуляторку, не можем создать привлекательные условия для инвесторов, а инвесторов не можем привлечь, потому что они говорят, что, слушайте, регуляторные условия не такие. И мы не можем доказать, не можем показать на фактических проектах, что это работает, и что это будет более-менее привлекательно. Поэтому здесь основная ставка в «Энерджинете» на том, чтобы реализовывать комплексные пилотные проекты на базе распределенной энергетики с потребителями, с распредсетями, с такими инновационными энергетическими компаниями. Важно создать площадки для регуляторных экспериментов. Мы будем готовить по поводу этого предложения в рамках группы по совершенствованию законодательства и снятию административных барьеров.

Мы сейчас провели работу по технологиям хранения энергии. Это те технологии, которые в ближайшие пять-десять лет будут расти с самой большой скоростью на рынке энергетического оборудования, энергетических решений. А в Российской Федерации ситуация по производству этого оборудования очень плохая. И в этом плане мы оказываемся опять же в сложной ситуации, когда понимаем, что есть перспективные технологии, перспективный продукт, который окупаем будет не сейчас, а через пять-семь лет. И необходимо создавать особые условия, особые возможности для того, чтобы промышленность, разработчики смогли создать технологический промышленный потенциал под тот рынок, который точно сложится, и который точно придет. Но он придет с китайскими разработками или с российскими разработками — это две больших разницы. Поэтому с точки зрения «Энердженет», я могу сказать, что нам не хватает пилотных площадок для интеллектуальной и распределенной энергетики.

Грабчак Евгений Петрович, директор департамента оперативного контроля и управления Министерства энергетики Российской Федерации

— Факт бесспорный, что физика процесса существенных изменений у нас не претерпит. Как у нас были электрические провода, как мы передавали ток по проводам, так и будем это делать. Как были трансформаторы и объекты генерации, так они и останутся. И как было построена у нас энергосистема, зачатки которой были, в том числе в плане ГОЭЛРО, они останутся. И та топология, в том числе и по распределительным сетям, какая была, так она и останется.

И нам, наверное, в первую очередь, нужно решать вопрос «что делать с тем, что у нас есть», а не вопрос «как нам разрушить то, что есть и построить что-то новое», потому что точно не построим. С точки зрения что делать с тем, что есть, полностью поддерживаем направление «Россетей», которые, по сути, занимаются интеллектуализацией и цифровизацией сетей. То есть, все, чем они занимаются, это они приделывают сетям мозги. Делают сети умными.

Это правильно, это хорошо, но вот звучал вопрос по поводу тарифа. Мы давайте не будем забывать, что тариф у нас включает в себя как сетевую составляющую, так и генерацию. И про генерацию не надо забывать. Генерация — это 50% тарифа. Конечно, «Россетям» выгодно гонять электричество внутри себя. Чем больше транзита электроэнергии по сетям «Россетей», тем больше прибыли у компании. Но рынок сформирован так, как он есть, и напомню, что стоимость электроэнергии ограничена в целом, в том числе с учетом генерации. И как только мы начинаем вводить в энергосистему новых участников, которые начинают дорогими игрушками пытаться играться с энергосистемой, энергосистема вот так просто это не воспримет.

Очень простой пример: вчерашняя авария в Сибири. У нас из-за отказа в работе автоматики, а это, я напомню, фактически средство интеллектуализации сетей, автоматика, у нас впервые вообще в истории энергосистемы осталось обесточено порядка 6,5 ГВт мощности. Такого еще не было. И эта ошибка работы одного прибора. И когда мы говорим, что потребители у нас страдают в распредсетях, да, они страдают, но давайте задумаемся о том, какое влияние на сеть у нас оказывает именно тот хребет энергосистемы, который построен, и тот базис. И когда мы говорим: давайте мы сейчас начнем все новшества и инновации бездумно, без опробования и без каких-то просчетов эффектов внедрять, вопрос что мы получим. И не получим ли мы от этих микрогридов и от потребителей, которые выдают нам электроэнергию, не получим ли мы коллапс. Если одно малейшее возмущение, неправильно сработавший автомат привел к разделению, отделению от Сибири и к потере такого объема мощностей.

Цифровизация — это переход на единые стандарты. К сожалению, после того, как в РАО у нас реформа прошла, РАО перестало существовать, каждая компания, электросетевая, генерирующая, живет по своим законам.

Не секрет, что путь к оптимизации, наверное, первичный — это накопление статистики, это обработка большого объема статистических данных по тому, как ведет себя оборудование, в каких условиях оно ведет себя. И дальнейшая оптимизация именно процессов распределения энергии и стоимости электроэнергии. Понятно, что у нас сейчас есть большой запас прочности в энергосистеме, большой запас нераспределенных мощностей, которые мы можем использовать. Да, законодательство нам сейчас где-то мешает оптимизироваться, но переход на риск-ориентированую модель управления в электроэнергетике должен состояться. А главный шаг для этого перехода, это цифровизация, это создание единого базиса, единого языка. И в нашем понимании, наверное, мы на это будем нацелены, мы в рамках приоритетных проектов, проектной деятельности, которую сейчас правительство ведет, и Президент поручил вести всем федеральным органам исполнительной власти проектную деятельность, мы запустили проект по интеллектуальным Интернету, Интернету вещей, интеллектуальной энергетике. И надеемся, что здесь совместно с НТИ, совместно с «Энердженет» будут как раз те точки пересечения, именно с точки зрения формирования новых рынков на основе тех данных, которые мы можем собрать, формирование единой системы управления активами.

Вот это пересечение можно как раз с «Энердженетом» получить и экспортировать дальше, потому что такую вещь никто в мире не делает. Есть небольшие разрозненные попытки сделать систему управления активами, но полноценный переход на риск-ориентированное управление в сетях, полноценный переход на моделирование состояния сетей, его нет. И в нашем понимании за этим будущее. И мы, конечно же, готовы всю нормативно-правовую базу под это подгонять и всячески объединять, работать в этом направлении.

После перехода на эту риск-ориентированную модель и создания единой доверенной платформы взаимодействия между участниками рынка и государством, мы можем говорить об упрощении контрольных функций государства, о снижении контроля со стороны государства за субъектами электроэнергетики и за всеми участниками рынка.

И мы надеемся, что придет такое светлое будущее, когда Минэнерго не только законодательно не будет отвечать. Да, действительно, за надежность Минэнерго законодательно не отвечает, но министр лично перед председателем правительства и перед Президентом несет ответственность. Да, в законе нет. Согласен. Но основная цель, в моем понимании, я надеюсь, мы к этому придем, существования Министерства энергетики — это выпускать правильную регуляторику. Мы должны регулировать законами рыночное, ведь мы в рынке находимся. Мы же решили, что да, мы переходим в рынок. А раз рынок, у нас здесь субъекты рынка, которые должны работать и обеспечивать качество предоставления услуг. Министерство всего лишь должно управлять, и эту стратегическую цель задавать. Контроль и надзор, мы считаем, что это, конечно же, должны быть атавизмами.

Павленко Александр Евгеньевич, директор по работе с государственными органами ОАО «Фортум»

— Одно из основных направлений развития корпораций на сегодня состоит в создании потребительских сервисов. Дигитализация позволяет сегодня потребителю в Европе, в первую очередь, безусловно, активно участвовать в энергетических рынках. И одни из проектов у нас уже реализованы, на отдельные проекты мы смотрим с некоторым потенциалом в их реализации. Вот хотел бы о них сказать несколько слов, вообще, как это видится. Потому что то, что я слышу сегодня, в большей степени глобальные, большие, серьезные, скажем так, с размахом проекты. А компании на земле реализуют немножечко другие проекты. И, мне кажется, это могло бы быть интересно.

Например, один из пилотных проектов, который был реализован в Финляндии весной 2016 года, состоял в том, что были объединены сто домашних хозяйств с электрическим подогревом воды. Соответственно, проект этот назывался «Виртуальная электростанция». Был сформирован некий резерв, который в случае кратковременного отключения бытовых водогрейных котлов давал возможность участвовать в блокировании системы. Соответственно, эта электростанция успешно работает, производит не так много электроэнергии. Разговор идет о нескольких сотнях киловатт, но, тем не менее, это наглядный пример того, как потребители, продавая, скажем так, свою потенциальную энергию, могут на этом зарабатывать.

Следующий проект, который мы опять же реализовали, состоял в том, что 3,5 тысячи домашних хозяйств и квартир были подключены к программе Smart grid, которая позволила потребителям, таким как управляющие компании и крупные жилищные товарищества в многоквартирных домах оптимизировать свое теплопотребление до каждой квартиры, вплоть до комнаты. Соответственно, он позволяет видеть проблемные точки, с т.з. теплоснабжения в здании. Ну, и оптимизирует потребление каждого домохозяйства и каждой квартиры.

Рассматриваем проекты с использованием электрокаров. За 2016 год было приобретено во всем мире на 55% больше, чем в 2015 году, электромобилей. На сегодня уже есть такая возможность, объединив энное количество электромобилей в некую систему, заряжать их в дешевое время суток, с точки зрения стоимости электроэнергии, и, соответственно, продавать в дорогое. То есть, такой проект тоже есть, но пока еще не реализован. Значит, отдельные проекты мы рассматриваем и в России, но они в большей степени касаются оптимизации использования системы, оптимизации работы непосредственно оборудования.

Соловьянов Максим Анатольевич, генеральный директор ООО «Новые Сетевые Технологии», член рабочей группы «Качество жизни» Общественного народного фронта

— В 2011 году в городе Боулдер, штат Колорадо был реализован точно такой же проект (как в Калининградской области, см. выше — прим. ред. ). Ну, вот прямо один в один, и с результатами такими же. И там мне запомнилась речь мэра города, когда сетевая компании сдавала свои результаты и также докладывала, что посмотрите, у нас время простоя без энергии домохозяйств сократилось в разы. Надежность повысилась в разы. И мэр города сказал: вы знаете, потрясающий результат, но я сомневаюсь, что вы найдете в Америке еще одного идиота, который заплатит за это сорок миллионов долларов.

Вопрос ведь не только в результатах, которые очевидны для энергетиков. Это же не олимпиада, где рекорды нужно ставить. Вопрос в том, что нужно людям от энергосистемы? Какой уровень надежности? А если мы начинаем об этом рассуждать, мы должны понимать: а кто заказчик этой надежности? И кто заказчик вообще энергосистемы? Почему я об этом говорю?

Вот в Америке сложилось исторически: энергосистема при рыночной экономике. В России же вся архитектура энергосистемы строилась под принципиально иной инструмент контроля управленческой эффективности. Этот инструмент назывался «партбилет на стол». Вся энергосистема изначально строилась как полностью закрытая от любого участия: от политического, от общественного участия, от любого наблюдения. Она архитектурно иная. Если в Америке потребитель может сказать: мы не заплатим за это сорок миллионов долларов, потому что нас и эта надежность устраивает, то в российской энергосистеме так потребитель сказать не может.

К чему это приводит? Сейчас в российской энергосистеме резервы составляют в три раза большую величину, может быть, в четыре раза большую величину, чем в аналогичной системе, в которой работает тот же «Фортум» в Финляндии.

Что это такое? Каждый человек, садясь в такси, покупая хлеб, платя за коммунальную инфраструктуру в своей квартире, он платит за это решение энергетиков, котороя они за него приняли: какая ему надежность нужна. Да? Но мы даже не берем то, каким образом эта надежность достигается.

Мы с вами в АСИ приняли участие в работе над рейтингом «Doing business» по льготному подключению малого бизнеса за 550 рублей к 15-ти киловаттам. Это было буквально несколько лет назад. Я специально только что провел реальное подключение одного объекта в реальной экономической среде. По вот тем решениям, которые мы с вами в АСИ разработали. В реальности все это обходится сейчас малому бизнесу в тысячу раз дороже. То есть, это не образ, а реально в тысячу раз дороже. Не 550 рублей, а 550 тысяч рублей. Это свежие данные. По срокам это тоже в десятки раз дольше, чем мы с вами прогнозировали.

Что еще хотел бы сказать, подходя к самому важному. Сейчас Борис Ванзихер и Евгений Ольховик, по-моему, если не ошибаюсь, наши коллеги, находятся под следствием. За, в общем-то, серьезные нарушения, которые они приняли, решения в своей должности. И недавно, то ли газета «Ведомости», то ли «Эксперт» написали, что, в принципе-то, Борис Ванзихер и Ольховик находятся по формальным признакам ровно за то, что делают все энергетики в Российской Федерации. То есть, я к чему это веду? Мы, имея архитектурно систему, построенную под совершенно иные принципы контроля управленческой эффективности, такая система успешно работает в Китае, потому что сам инструмент контроля управленческой эффективности остался, Коммунистическая партия живет и здравствует. Мы в итоге с вами получили энергосистему, которая функционирует, благодаря, в значительной мере, нелигитимным правилам. И можно каким-то образом говорить хорошо это или плохо, но это факт, и с ним надо что-то делать.

Когда мы говорим об «Энердженет», на мой взгляд, действительно, ключевым эффектом от этого начинания, как раз и должны быть не эффекты по надежности, по снижению потерь, а изменение вот той самой парадигмы, хотя коллеги еще как бы сложно произносят это слово, но я так думаю, что оно уже приживается. И вот именно изменение парадигмы системы — это и должно быть целью «Энерджинет». То есть, надо переходить от произвола в принятии решений к выдаче техусловий, к определению очередности предоставления мощности именно в объективные алгоритмы. И я пока что не могу сказать, что вот в той дорожной карте «Энердженет», которую мы сейчас видим, это направление каким-то образом четко отражено. Мне кажется, что это как раз требует еще серьезной доработки. Хотя действительно, коллеги находятся в начале пути.



Место проведения: